Ташкентские хроники

Архивные документы по истории Ташкента и Средней Азии XIX-XX веков

Завоевание Средней Азии: от Ак-Мечети до Ташкента. Часть 3

К источникам
Взятие Ташкента 1865. Штурм Ташкента в 1865. Взятие Ташкента 1865 Черняев. Взятие Ташкента 1865 гравюра.
Гравюра "Взятие Ташкента отрядом генерала Михаила Григорьевича Черняева, 1865 г.

В узбекском учебнике истории для 9 класса [1] военное продвижение России к Ташкенту начинается с укрепления Ак-Мечеть (Кызылорда). Авторы школьного учебника связывают эти события в прямую последовательность: после неудачи 1852 года российские войска в 1853 году предприняли новую попытку взять крепость, а после её захвата Ак-Мечеть стала опорной базой для дальнейших военных действий и была переименована в форт Перовский. Затем учебник переходит к событиям 1864 года и пишет, что российские войска двинулись к Ташкенту с двух направлений – от форта Перовского и от Верного (Алма-Ата).

Сам факт взятия Ак-Мечети в 1853 году сомнений не вызывает. Но конструкция учебного пособия создаёт впечатление прямой военной линии: Ак-Мечеть была захвачена как исходная база для будущего наступления на Ташкент, после чего спустя несколько лет российские войска начали движение к городу. Исторические первоисточники и более поздние исследования показывают более сложную картину. Между взятием Ак-Мечети и кампанией 1864 года прошло более десяти лет, в течение которых российская политика в регионе менялась, создавались новые укреплённые линии, проводились разведывательные экспедиции и обсуждались различные варианты границы и дальнейшего продвижения.

Ак-Мечеть: важная крепость, но не начало прямого похода на Ташкент

Захват Ак-Мечети имел большое значение для укрепления российских позиций на Сырдарье. Однако связывать его непосредственно с подготовкой захвата Ташкента некорректно. В исследовании Николая Халфина «Политика России в Средней Азии (1847-1868)» [2] события 1850-х годов рассматриваются прежде всего в контексте продвижения России по Сырдарьинской пограничной линии и укрепления уже созданной системы пограничных пунктов.

К началу 1860-х годов ситуация изменилась, и важнейшей задачей стало соединение Сырдарьинской и Сибирской линий. В феврале 1863 года Особый комитет вновь признал это направление желательным, однако из-за финансовых обстоятельств реализацию отложили. Одновременно было принято решение провести разведку территории между двумя линиями. Полковник Михаил Черняев получил задание обследовать район от Джулека до Туркестана и направить отряд к северным склонам Каратау. Западносибирские войска должны были изучить пути к Аулие-Ате и через Нарын к Кашгару.

Эти экспедиции имели разведывательный характер, но дали неожиданный политический результат. Крепости Куртка и Джумгала сдались без боя, а при приближении отряда Черняева к Сузаку там произошло восстание против кокандских властей – эти успехи изменили расчёты российского правительства. В августе 1863 года Министерство иностранных дел и Военное министерство согласовали предложения о соединении линий по направлению Сузак – Чолак-Курган – Аулие-Ата. При этом министр иностранных дел, князь Александр Горчаков ещё исходил из того, что для решения этой задачи не потребуется ни захват Ташкента, ни силовое овладение Туркестаном.

Когда Ташкент действительно появился в планах

Именно здесь школьная схема особенно сильно искажает события, а узбекские историографы пытаются внушить молодому поколению, что все усилия русского правительства в Санкт-Петербурге были направлены на захват Ташкента. В российском руководстве уже в 1863 году существовали сторонники дальнейшего продвижения, например, Оренбургский и Самарский генерал-губернатор Александр Безак считал линию Сузак – Чолак-Курган – Аулие-Ата лишь промежуточной и предлагал после её занятия двигаться к Туркестану и Чимкенту. Военный министр поддержал эту позицию. Директор Азиатского департамента Министерства иностранных дел Николай Игнатьев также настаивал на использовании благоприятной ситуации в Кокандском ханстве для скорейшего соединения линий.

В декабре 1863 года эта политика получила уже государственное оформление. 20 декабря Александр II утвердил доклад Дмитрия Милютина, предусматривавший занятие Сузакской и Аулие-Атинской линий, а в дальнейшем перенос границы к Арыси с включением Чимкента в состав Российской империи. Халфин прямо называет этот документ программой действий в Средней Азии. С 1864 года началось широкое продвижение русских отрядов, а ближайшей задачей было занятие линии Сузак – Аулие-Ата. Чимкент и Туркестан рассматривались как важнейшие цели следующего этапа.

Это принципиальная поправка к учебнику. Реальная программа военного продвижения, которую можно документально связать с решениями Александра II, относится к декабрю 1863 года, а не к 1859 году, как это делают авторы учебника. При этом и в 1863 году речь шла не о едином приказе «завоевать Кокандское ханство», а о конкретной линии продвижения и соединении российских укреплённых рубежей.

Аулие-Ата и Туркестан

Весной 1864 года подготовка к летней кампании была завершена. Отряд полковника Н.А. Верёвкина двинулся от Сырдарьинской линии на Туркестан, а отряд полковника М.Г. Черняева – от Верного к Аулие-Ате. 4 июня Черняев после короткого боя занял Аулие-Ату. 9 июня отряд Веревкина подошёл к Туркестану, где встретил сопротивление. После нескольких дней боёв кокандский гарнизон оставил город, а местные жители направили Веревкину депутацию с заявлением о сдаче.

Здесь учебник даёт другую картину и утверждает, что для защиты Туркестана и Чимкента кокандское командование направило хана Алимкула, а затем Верёвкин предъявил защитникам Туркестана ультиматум с угрозой разрушить мавзолей Ходжи Ахмеда Ясави. После этого Алимкул якобы был вынужден вывести войска и отступить к Чимкенту.

В материалах Халфина эта последовательность событий выглядит иначе. Исследователь связывает захват Туркестана прежде всего с военным сопротивлением гарнизона и последующим отходом его командира Мирзы Давлета. После этого жители города сами направили русскому командованию депутацию и попросили сохранить существовавшие права, собственность, шариатский суд и имущество духовенства. Российская администрация согласилась на временное освобождение населения от части налогов.

Поэтому утверждение учебника о «героическом сопротивлении» и угрозе уничтожения мавзолея требует документального подтверждения, но в первоисточниках такого эпизода нет.

Зато есть другой важный факт: после отхода кокандского гарнизона местное население обратилось к российскому командованию с конкретными просьбами об условиях дальнейшей жизни города.

Чимкент: здесь особенно заметно расхождение с учебной схемой

После успехов июня 1864 года Черняев начал подготовку к следующему походу. 7 июля он выступил из Аулие-Аты на Чимкент, однако первая попытка овладеть городом закончилась неудачей. После упорного сопротивления Черняев снял осаду и в донесениях Западносибирскому генерал-губернатору А.О. Дюгамелю в Омск называл свой поход «рекогносцировкой Чимкента».

В сентябре хан Алимкул увёл значительную часть кокандских сил из Чимкента в Ташкент, и Черняев решил воспользоваться этим обстоятельством. Не согласовывая операцию с Петербургом, он направил войска на город. 21 сентября 1864 года Чимкент был взят штурмом. После этого Черняев сообщил в Главный штаб о необходимости закрепить достигнутый успех и фактически обосновывал дальнейшее продвижение к Ташкенту.

Именно здесь появляется важнейший для нашего исследования момент. Захват Чимкента не был простым выполнением заранее утверждённого плана. Военный министр, генерал-фельдмаршал Дмитрий Милютин, получив сведения о действиях Черняева, выразил обеспокоенность тем, что тот намерен не только занять Чимкент, но и удерживать его [4]. Милютин прямо писал, что такое расширение границ «никогда не входило в наши планы». Он опасался, что после Чимкента Черняев сочтёт необходимым взять Ташкент, а затем Коканд. Черняеву было приказано не продвигаться дальше намеченной линии Арыси.

Но Черняев уже готовил новый поход. Через несколько дней после взятия Чимкента он двинулся к Ташкенту. Попытка штурма закончилась поражением, и отряд вернулся к Чимкенту. Александр Дюгамель считал этот поход ненужным и писал, что овладение Ташкентом не входило в планы правительства ни в ближайшее время, ни в будущем. Александр II, ознакомившись с рапортом, также выразил сожаление по поводу ненужного штурма, стоившего русским войскам людей.

Что изменяет учебник

Если сопоставить учебник с документами, получается принципиально иная картина. Утверждение, что Ак-Мечеть была выбрана как средство для захвата Ташкента, превращает сложный процесс формирования российской военной политики в прямую линию, которой в источниках не видно. Фактически после Ак-Мечети прошло десять лет, прежде чем начался новый крупный этап продвижения.

В 1863 году Россия сначала проводила разведку и готовила соединение укреплённых линий. В декабре того же года Александр II утвердил программу занятия Сузакской и Аулие-Атинской линии с последующим включением Чимкента. В 1864 году эти задачи были выполнены, но действия Черняева затем стали выходить за первоначальные пределы панов Петербурга. По итогам первой попытки завладеть Ташкентом в октябре 1864 года Милютин прямо называет действия Черняева самоуправством, а поражение под Ташкентом считал «прискорбной неудачей, потому что в Азии мы держимся не столько материальной силой, при малочисленности наших войск, сколько нравственным авторитетом». [4]

Именно в этом состоит главное отличие документальной картины от школьной – учебник показывает российское продвижение как заранее заданное наступление к Ташкенту. Но первоисточники позволяют увидеть реальную последовательность решений: сначала укрепление границы, затем разведка, соединение линий, занятие конкретных пунктов, корректировка целей после военных успехов и самостоятельные действия командования, которые заставляли Петербург вновь определять допустимые пределы продвижения.

При этом было бы неправильно утверждать, что Россия не стремилась к расширению своих владений В Средней Азии. Николай Халфин, например, показывает, что уже в 1863 году существовали влиятельные сторонники движения к Ташкенту, а 20 декабря 1863 года была утверждена государственная программа, предусматривавшая включение Чимкента в состав России. Но столь же очевидно, что между этим решением и последующим взятием Ташкента не было прямой и непрерывной цепочки приказов. Военные успехи 1864 года и действия Черняева сами изменяли политическую ситуацию, заставляя российское правительство принимать новые решения.

Поэтому события 1853-1864 годов нельзя свести к простой формуле «Ак-Мечеть как база – Чимкент – Ташкент». Реальная история была сложнее: Россия постепенно продвигала границу на юг, а каждое новое завоевание становилось основанием для следующего обсуждения того, где должна пройти новая граница.


Цикл статей по теме «Завоевание Средней Азии»:

Источники:

  1. Учебник истории Узбекистана для 9 класса (рус) (скачать PDF, 4 Мб)
  2. Халфин Н.А. Политика России в Средней Азии (1847-1868). М.: Издательство восточной литературы, 1960 (скачать PDF, 1,6 Мб)
  3. Халфин Н.А. Присоединение Средней Азии к России (60-90-е годы XIX в.). М., 1965 (читать PDF)
  4. Милютин Д.А. Дела в Средней Азии / Милютин Д.А. Воспоминания. 1863-1864. М., 2003 (читать PDF)
  5. С.С. Татищев «Император Александр II. Его жизнь и царствование». Том второй. СПб, Издание А.С. Суворина, 1903 г. – Руниверс: Электронная энциклопедия и библиотека (читать)
  6. Именной указ сенату «О мерах к распространению торговых сношений с Бухарою», № 34262 в Полном собрании законов Российской империи, часть первая, том XXXIV (читать)
Как цитировать

Сердали Ерматов. Завоевание Средней Азии: от Ак-Мечети до Ташкента. Часть 3 // Ташкентские хроники : сайт. – Дата публикации 04.10.2026. – URL: https://tashkentchronicle.ru/zavoevanie-srednej-azii-kak-uchat-v-uzbekistane-i-kak-bylo-na-samom-dele-chast-3/ (дата обращения: …).

Другие статьи по теме