Завоевание Средней Азии: как учат в Узбекистане и как было на самом деле. Часть 2

В узбекском школьном учебнике истории для 9 класса [1] российское продвижение в Среднюю Азию описывается как последовательная реализация заранее определённой политики. В разделе о завоевании Кокандского ханства говорится, что после указа императора Александра II «о продолжении завоевания Кокандского ханства» в 1859 году военные действия против ханства стали более ожесточёнными. Следующей целью России, по версии авторов учебника, стал Ташкент, который рассматривался как плацдарм для дальнейшего продвижения в Средней Азии.

Формулировка узбекских историографов выглядит однозначно – император издал указ, определивший продолжение завоевания Кокандского ханства, после чего началась его реализация. Но здесь возникает вполне конкретный вопрос: какой именно указ имеется в виду? Для ответа на него необходимо обратиться к документам российского законодательства XIX века, к исследованиям Николая Халфина, посвящённым российской политике в Средней Азии [2,3] или трудам дипломата, историка и публициста XIX века Сергея Татищева [4].

Что происходило в 1859 году

К 1859 году планы военного продвижения России в сторону Коканда и Ташкента действительно существовали. Более того, они разрабатывались ранее 1859 года.

Оренбургский генерал-губернатор, генерал-лейтенант Александр Андреевич Катенин

Оренбургский генерал-губернатор Александр Катенин в декабре 1858 года представил правительству конкретную программу действий. Он предлагал занять кокандскую крепость Джулек на Сырдарье, создать там укрепление, использовать его как базу для выхода к Туркестану, Чимкенту и Аулие-Ате (Тараз), а затем двигаться к Ташкенту. Предлагалось также соединить российские пограничные линии. Халфин прямо называет эти предложения программой экспансии Российской империи в Средней Азии.

Таким образом, военные планы существовали, но это ещё не означает, что они были утверждены императором как государственная программа завоевания Кокандского ханства. Именно здесь начинается главное расхождение между школьной формулировкой и документами.

Что решили в Петербурге в январе 1859 года

Для рассмотрения предложений Катенина в начале января 1859 года в Петербурге было созвано совещание с участием министра иностранных дел Александра Горчакова, военного министра Николая Сухозанета, генерал-губернатора Западной Сибири Гасфорта, самого Катенина, министра финансов Княжевича, представителей Главного штаба и Николая Игнатьева.

Николай Павлович Игнатьев (1832-1908) – военный и дипломат, в тот момент полковник, впоследствии генерал-адъютант и директор Азиатского департамента Министерства иностранных дел. В 1858 году Игнатьев возглавил российскую военно-дипломатическую миссию в Хиву и Бухару. Во время этой миссии он не только вёл переговоры, но и собирал сведения о политическом и военном положении ханств, торговле и возможностях российского продвижения. После возвращения в Санкт-Петербург его материалы использовались при обсуждении дальнейшей политики России в Средней Азии.

Николай Павлович Игнатьев

На совещании обсуждалось дальнейшее продвижение России. Большинство участников считало необходимым быстрее соединить Оренбургскую и Сибирскую линии. Ташкентское направление рассматривалось как наиболее важное, а первым этапом на пути к городу должна была стать постройка укрепления Джулек. Но одновременно произошло нечто, что совершенно не соответствует простой схеме «Александр II приказал продолжить завоевание».

Совещание выступило против активной политики в Средней Азии.

Более того, участники сочли преждевременным даже обсуждать предложения Катенина о Коканде, Туркестане и Ташкенте. В решении было прямо указано, что правительство в тот момент «не имеет в виду завоевательных действий для этой части Азии». Катенин с этим решением не согласился. В своём особом мнении он продолжал настаивать на строительстве укреплений и необходимости выработать чёткую государственную программу действий в Средней Азии.

Получается важная деталь: в начале 1859 года сторонники военного продвижения уже существовали, конкретные планы были разработаны, но правительственное совещание не одобрило их как программу немедленных завоевательных действий.

Какой указ Александр II действительно подписал в 1859 году

Теперь можно обратиться непосредственно к законодательным актам.

20 марта 1859 года Александр II подписал именной указ Правительствующему сенату «О мерах к распространению торговых сношений с Бухарою». В нём говорилось о необходимости расширить торговые связи Российской империи с эмиратом. В частности, предусматривалось освобождение ряда бухарских товаров от соответствующих сборов, а российских товаров, направляемых в Бухару, — от отпускной пошлины и карантинного сбора.

Документ имеет конкретный номер – № 34262 в Полном собрании законов Российской империи, часть первая, том XXXIV [5]. Его содержание не связано с распоряжением о продолжении завоевания Кокандского ханства. Исследование российского законодательства также идентифицирует этот акт как именной указ Александра II о развитии торговых отношений с Бухарским эмиратом. Это принципиально важно.

В 1859 году Александр II действительно подписал указ, непосредственно связанный со Средней Азией. Но это был указ о расширении торговых отношений с Бухарой, а не указ о продолжении завоевания Кокандского ханства.

Поэтому ссылка учебника на «указ Александра II о продолжении завоевания Кокандского ханства» требует документального объяснения: в тексте учебника не указаны ни дата, ни номер, ни название этого предполагаемого указа. Почему возникла такая формулировка? Вероятнее всего, здесь были соединены несколько разных событий.

• Первое – это программа Катенина конца 1858 года. Она действительно предусматривала военное продвижение через Коканд к Ташкенту.
• Второе – совещания в Петербурге в январе 1859 года, на которых эти предложения рассматривались.
• Третье – продолжавшаяся в 1859 году подготовка российских позиций в регионе.
• Четвёртое – императорский указ от 20 марта 1859 года о расширении торговли с Бухарой.

В результате упрощённого и тенденциозного подхода в учебном изложении возникла единая конструкция: 1859 год, указ Александра II, продолжение завоевания Коканда. Но сами документы такой последовательности не подтверждают.

При этом нельзя сказать, что российская сторона в 1859 году вообще не рассматривала военное завоевание. Как раз наоборот – Катенин и другие сторонники активного продвижения предлагали вполне конкретные операции. Исследование Халфина показывает, что к этому времени уже существовала программа движения к Ташкенту, а вопрос о дальнейшем продвижении России в Средней Азии обсуждался на самом высоком уровне.

Но между планом отдельного государственного деятеля и утверждённым императором решением о завоевании есть принципиальная разница.

Ташкент действительно становился целью

В этом пункте учебник опирается на реальную тенденцию. В планах Катенина Ташкент уже занимал центральное место. Захват Джулека рассматривался как первый этап, после которого можно было двигаться далее на юг к Ташкенту. Для российской политики Ташкент имел большое значение как крупный торговый и политический центр. Поэтому стремление получить контроль над ним действительно постепенно становилось одним из главных направлений российской экспансии.

Но и здесь хронология имеет значение. Ташкент стал целью российского продвижения не потому, что неизвестный нам «указ 1859 года» одномоментно определил его как объект завоевания. Его значение формировалось в ходе предшествующих планов, разведки, дипломатической работы и продвижения российских укреплённых линий. В 1859 году этот процесс ещё не был завершённым решением о немедленном наступлении.

Особенно показателен указ от 20 марта 1859 года. В тот момент, когда российские чиновники и военные обсуждали возможность дальнейшего продвижения к Коканду и Ташкенту, император одновременно принимал меры для расширения торговли с Бухарой. Это не означает, что российская политика была мирной или что военная экспансия отсутствовала. Но показывает, что российское правительство использовало несколько инструментов одновременно.

Торговля, дипломатия, разведка, строительство укреплений и военные планы не сменяли друг друга по строгой схеме, а существовали параллельно. Именно поэтому характеристика 1859 года как момента, когда Александр II своим указом распорядился «продолжить завоевание Кокандского ханства», слишком сильно упрощает реальную последовательность событий.

Что изменилось после 1859 года

После 1859 года российское продвижение действительно стало более активным. В 1860 году российские войска заняли Токмак и Пишпек, а затем разбили кокандские силы у Узун-Агача. В последующие годы противостояние продолжалось, и в 1864 году началось широкое наступление российских войск в направлении Туркестана, Аулие-Аты и Чимкента. В 1865 году был взят Ташкент. Эта последовательность хорошо видна в хронологии российского продвижения.

Но она не подтверждает тезис о том, что вся последующая военная кампания была прямым исполнением единственного императорского указа 1859 года. Между обсуждением планов и их реализацией прошло несколько лет, а российская политика продолжала меняться.

Даже в 1861-1862 годах вопрос о наступательной политике оставался предметом обсуждения. В правительственных кругах продолжались споры о задачах и пределах продвижения России. Поэтому процесс нельзя свести к единовременному решению, после которого государственная машина лишь последовательно исполняла заранее утверждённый план.

Что произошло в 1864 году: циркуляр Горчакова и приказ Черняеву остановиться

В 1864 году после взятия Аулие-Аты, Туркестана и Чимкента были соединены Оренбургская и Сибирская пограничные линии, и образована Ново-Кокандская линия. Первоначальные планы по продвижению экспедиционных войск на юг были достигнуты. В Петербурге Министр иностранных дел, князь Александр Горчаков специальным циркуляром довёл до сведения иностранных держав цели и позицию правительства, а также пределы дальнейшего продвижения [4]. Произведённый в генералы Михаил Черняев получил приказ прекратить наступление.

Министр иностранных дел Александр Михайлович Горчаков

Таким образом, после кампании 1864 года правительство не просто фиксировало новые завоевания, но и пыталось определить границу, за которую российские войска не должны были выходить. Но уже в 1865 году Черняев возобновил наступление и взял Ташкент, значительно расширив территорию, которую Петербургу теперь предстояло включить в систему российского управления.

Этот эпизод подтверждает выводы о постепенном формировании российской политики в Средней Азии. Решения правительства определяли направление и пределы продвижения, но развитие военных событий на месте могло эти решения менять. Поэтому продвижение России в Средней Азии трактовать как выполнение единого плана, принятого в 1859 году, нельзя.

Что именно следует считать недостоверным в формулировке учебника

Здесь важно разделить три утверждения.

Первое: в 1859 году в России существовали планы военного продвижения против Кокандского ханства. Это соответствует источникам.

Второе: Ташкент уже рассматривался как важная цель дальнейшего продвижения. Это также соответствует документам.

Третье: в 1859 году Александр II издал указ о продолжении завоевания Кокандского ханства. Вот это утверждение в приведённом виде документально не подтверждается.

Напротив, известный именной указ Александра II от 20 марта 1859 года, посвящённый Средней Азии, касается расширения торговых отношений с Бухарой. А на январском совещании 1859 года, где обсуждались конкретные планы Катенина по Коканду и Ташкенту, правительственная позиция была сформулирована как отказ от завоевательных действий на данном этапе.

Это не отменяет того факта, что Российская империя уже двигалась к расширению своего контроля в регионе. Но исторически точнее говорить о постепенном продвижении, чем о начале ео реализации по императорскому указу 1859 года. Именно здесь особенно заметна разница между документальной историей и школьной схемой. Сложный процесс, в котором участвовали военные, дипломаты, местные администрации и правительство, в учебнике превращён в одну простую причинную цепочку: указ – продолжение завоевания – захват Ташкента – дальнейшее продвижение.

Документы показывают другую последовательность намного более сложную и многогранную: планы Катенина – правительственные совещания – споры о допустимых пределах продвижения – дипломатические и торговые меры – постепенное изменение позиции правительства – переход к крупным военным операциям – взятие Чимкента и приказ Черняеву остановиться.

Именно этот переход от планов и пограничного давления к полномасштабному наступлению и составляет содержание следующего этапа российской истории Средней Азии.

Цикл статей по теме «Завоевание Средней Азии»:

Источники:

1. Учебник истории Узбекистана для 9 класса (рус) (скачать PDF, 4 Мб)
2. Халфин Н.А. Политика России в Средней Азии (1847-1868). М.: Издательство восточной литературы, 1960 (скачать PDF, 1,6 Мб)
3. Халфин Н.А. Присоединение Средней Азии к России (60-90-е годы XIX в.). М., 1965 (читать PDF)
4. С.С. Татищев «Император Александр II. Его жизнь и царствование». Том второй. СПб, Издание А.С. Суворина, 1903 г. – Руниверс: Электронная энциклопедия и библиотека (читать)
5. Именной указ сенату «О мерах к распространению торговых сношений с Бухарою», № 34262 в Полном собрании законов Российской империи, часть первая, том XXXIV (читать)